Кнопочки, лампочки и шнурочки

Когда мы начали репетировать на квартире у Джека Кэсэди и Марти Бэйлина в Хейт-Эшбери, Сигне Андерсон как раз заканчивала выступать с "Airplane". Поскольку группа хорошо знала материал, им не нужно было практиковаться.

Но мне-то было нужно!

Когда мы собирались на репетиции, большая часть времени уходила на треп и прослушивание чужих записей, поэтому мне трудно было познакомиться с музыкой. "Airplane" были первой группой из Сан-Франциско, подписавшей контракт с большой фирмой, "RCA". Поскольку один альбом, "Jefferson Airplane Takes Off", они уже записали, я могла петь под эту запись. Но на диске было далеко не все, что группа исполняла на концертах. Чтобы выучить программу, пришлось ходить по клубам и слушать их вживую.

Сигне все еще была вокалисткой и честно отрабатывала концерты. Но однажды в "Филлморе" к нам в гримерку зашел жутко нервничавший Билл Грэм. С порога он заорал:

- Где Сигне? Вам выходить через пять минут! - Продолжения я боялась больше всего. - Грейс, скажи, ты готова петь сейчас ?

- А... может, еще пару минут подождем? Может, в пробке застряла...

Сигне так и не приехала.

Когда я вышла на сцену "Филлмора" с "Jefferson Airplane" первый раз, у меня тряслись поджилки. "Airplane" тогда уже были сверхпопулярны, а "The Great Society" еще только пытались взобраться по лестнице успеха. Меня, собственно, ужасало не отсутствие у меня таланта или знания материала. Я знала все эти песни, я слышала их много раз. Публика в "Филлморе" тоже меня знала по "The Great Society", поэтому я не боялась, что они посмеются надо мной или текстами моих песен.

Проблемой было то, что я не привыкла играть без репетиций, без скрупулезных приготовлений. Я до сих пор такая - мне нужно практиковаться, пока все не будет звучать идеально. Я думала, что перед моим первым концертом в составе "Airplane" мы будем долго репетировать, чтобы замена Сигне прошла безболезненно. И вот на тебе - стою на сцене, без малейших приготовлений и абсолютно в себе не уверенная!

Но, выйдя на сцену, я приосанилась, собралась, постаралась двигаться плавно, расслабить руки - и никакого щелканья пальцами! Я улыбнулась и посмотрела в зал, надеясь, что во взгляде читается: "Вы знаете, что я тут впервые. А я знаю, что вы ждали Сигне. Но теперь здесь я, а кому не нравится - может идти к черту!" Мне хотелось показать, что все нормально, что я контролирую ситуацию. Но нервы были на пределе.

Я не представляла, насколько громче, чем "The Great Society", играют "Airplane". Через плохие мониторы не было слышно ничего, кроме воя электрогитар - я даже не знала, попадаю ли я в ноты. Очень трудно петь, когда себя не слышишь. На гитаре есть лады: они всегда на месте, поэтому можно играть, не слыша себя: берешь аккорд - и можешь быть в нем уверен. То же самое и с клавишами. Но у певца-то инструмент невидимый, поэтому, не слыша себя, трудно знать наверняка, что именно поешь.

В тот вечер я надеялась, что примерно попадаю в то, что играла группа. Я знала, что пела ужасно, но когда все закончилось, и менеджер Билл Томпсон, и ребята наперебой меня хвалили. Кто-то сказал: "У нас запись есть, хочешь послушать?"

Я быстро ответила, не желая снова слушать эту гадость: "Нет уж! Чего я хочу, так это немного порепетировать! И с подключенными инструментами - а не это дурацкое акустическое треньканье, по которому ничего не поймешь!"

Когда музыканты понимают  друг друга, группа играет хорошо и настроение отличное


назад далее

 
© Русскоязычный фан-сайт группы Jefferson Airplane.
Копирование информации разрешено только с прямой и индексируемой ссылкой на первоисточник.